DSA Faculty
API
← к списку преподавателей

Власов Василий Викторович

Факультет социальных наук

Профиль на hse.ru ↗ тел.: +7 (495) 772-95-90 | 2413
Публикаций
199
Языков
1
Наград
10
Конференций
4
Профиль Публикации (199) Курсы (10)

Профессиональные интересы

эпидемиологиядоказательная медицинаобщественное здоровьеБиомедицинская этика

Должности

  • Профессор — Факультет социальных наук, Департамент политики и управления, Кафедра управления и экономики здравоохранения

Био

  • · Начал работать в НИУ ВШЭ в 2009 году.
  • · Научно-педагогический стаж: 46 лет.

Образование

  • 1994 · Ученое звание: Профессор
  • 1993 · Доктор медицинских наук: специальность 14.01.04 «Внутренние болезни»
  • 1976 · Специалитет: Военно-медицинская академия им. С.М. Кирова, специальность «Лечебно-профилактическое дело», квалификация «Военный врач»

Опыт работы

  • · Профессор Сеченовского университета
  • · Ведущий научный сотрудник Центра профилактической медицины
  • · Профессор МФТИ
  • · Профессор Саратовского медицинского университета

Награды и поощрения

  • · Благодарность НИУ ВШЭ (март 2024)
  • · Благодарность факультета социальных наук НИУ ВШЭ (февраль 2024)
  • · Благодарность факультета социальных наук НИУ ВШЭ (январь 2023)
  • · Почетная грамота Высшей школы экономики (декабрь 2022)
  • · Благодарность Высшей школы экономики (сентябрь 2020)
  • · Почетный знак II степени Высшей школы экономики (июнь 2018)
  • · Надбавка за публикацию в журнале из Списка А (и приравненном к нему научном издании) (2025–2026, 2024–2025, 2023–2024)
  • · Надбавка за публикацию в международном рецензируемом научном издании (2022–2023, 2021–2022, 2020–2022, 2018–2020, 2017–2019)
  • · Надбавка за статью в зарубежном рецензируемом журнале (2015–2017)
  • · Лучший преподаватель — 2024–2025, 2017–2021, 2015

Конференции (4)

Показать все
  • · 2015: Съезд фтизиатров России (Воронеж). Доклад: Современная концепция доказательной медицины
  • · 2015: Лженаука в современном мире: медиасфера, высшее образование, школа (Санкт Петербург). Доклад: Лженаука на марше: на пути к гибели научных журналов
  • · 2014: Успехи и проблемы продвижения доказательной медицины (Москва). Доклад: Успехи и проблемы продвижения доказательной медицины в 2013 г.
  • · 2014: Этические и правовые аспекты нежелательных исходов медицинской помощи (Москва). Доклад: Этические и правовые аспекты нежелательных исходов медицинской помощи

Идентификаторы исследователя

Публикации (199)

Доказательная медицина в начале XXI века

2014 · ARTICLE · ru

Развитие рациональной медицниской практики, основанной на научных доказательствах (доказательсной медицины, ДМ) в конце 21 века привело к открытию ящика Пандоры с сомнениями относительно доказательной базы медицины. Парадоксальным образом часть специалистов и публики, которые испытывают трудности в критической оценке доказательств, начали критиковать ДМ за коррумпированность доказательной базы. В реальном мире единственным выходом из ситуации со слабой доказательной базой является работа над достижением открытого доступа к данным из исследований и тяжкий труд повышения качества этих доказательств

PDF ↗

Global, regional, and national prevalence of overweight and obesity in children and adults during 1980-2013: a systematic analysis for the Global Burden of Disease Study 2013

2014 · ARTICLE · en

Background In 2010, overweight and obesity were estimated to cause 3.4 million deaths, 3.9% of years of life lost, and 3.8% of DALYs globally. The rise in obesity has led to widespread calls for regular monitoring of changes in overweight and obesity prevalence in all populations. Comparative, up-to-date information on levels and trends is essential both to quantify population health effects and to prompt decision-makers to prioritize action. Methods We systematically identified surveys, reports, and published studies (n = 1,769) that included information on height and weight, both through physical measurements and self-reports. Mixed effects linear regression was used to correct for the bias in self-reports. Age-sex-country-year observations (n = 19,244) on prevalence of obesity and overweight were synthesized using a spatio-temporal Gaussian Process Regression model to estimate prevalence with 95% uncertainty intervals. Findings Globally, the proportion of adults with a body mass index (BMI) of 25 or greater increased from 28.8% (95% UI: 28.4-29.3) in 1980 to 36.9% (36.3-37.4) in 2013 for men and from 29.8% (29.3-30.2) to 38.0% (37.5-38.5) for women. Increases were observed in both developed and developing countries. There have been substantial increases in prevalence among children and adolescents in developed countries, with 23.8% (22.9-24.7) of boys and 22.6% (21.7-23.6) of girls being either overweight or obese in 2013. The prevalence of overweight and obesity is also rising among children and adolescents in developing countries as well, rising from 8.1% (7.7-8.6) to 12.9% (12.3-13.5) in 2013 for boys and from 8.4% (8.1-8.8) to 13.4% (13.0-13.9) in girls. Among adults, estimated prevalence of obesity exceeds 50% among men in Tonga and women in Kuwait, Kiribati, Federated States of Micronesia, Libya, Qatar, Tonga, and Samoa. Since 2006, the increase in adult obesity in developed countries has stabilized. Interpretation Because of the established health risks and substantial increases in prevalence, obesity has become a major global health challenge. Contrary to other major global risks, there is little evidence of successful population-level intervention strategies to reduce exposure. Not only is obesity increasing, but there are no national success stories over the past 33 years. Urgent global action and leadership is required to assist countries to more effectively intervene.

DOI ↗ PDF ↗

Борьба за доказательства в начале 21 века

2014 · ARTICLE · ru

Доказательная медицина стала реальностью в конце 20 века, но ее развитие открыло ряд слабостей в научной (доказательной) базе медицины.

PDF ↗

Is Evidence Based Public Heath in crisis?

2014 · ARTICLE · en

On the web page of British medical Journal, the outpost of evidence based medicine (EBM) the voting collected 500 voices and 52% agreed that “EBM is broken” (as of June 22). Readers did vote in relation to the article, published by a group of EBM promoters 1. In this article, Trisha Greenhalgh et al. listed for the “Evidence Based Medicine Renaissance Group” number of problems with the development of the EBM practice. Despite successfully addressing these problems, the article call for the “Return to real evidence based medicine”. The call is addressed mostly to clinicians, but three points make it relevant for public health.

DOI ↗ PDF ↗

Терпимость к обману в русской медицине

2014 · CHAPTER · ru

Бурное развитие медицинской этики в России в последние десятилетия было неравномерным и сопровождалось столь же неравномерными и масштабными изменениями в обществе. В результате значительная часть старых и появившихся новых проблем остались без разрешения или осложнились. Настоящая статья посвящена краткому обзору одной из наиболее важных проблем медицинской этики, относящихся к функционированию самого медицинского сообщества и не обсуждаемых детально сегодня по различным причинам. Эта проблема распространенного обмана и терпимости к нему далеко выходит за рамки этического регулирования и большей частью принадлежит полю, регулируемому законом, но атмосфера терпимости, если не доброжелательности к обману, уводит большую часть случаев обмана от преследования по закону.

PDF ↗

GBD Mortality and Causes of Death Collaborators. Global, regional, and national levels of age-sex specific all-cause and cause-specific mortality for 240 causes of death, 1990-2013: a systematic analysis for the Global Burden of Disease Study 2013

2014 · ARTICLE · en

Background Up-to-date evidence on levels and trends for age-sex-specific all-cause and cause-specific mortality is essential for the formation of global, regional, and national health policies. In the Global Burden of Disease Study 2013 (GBD 2013) we estimated yearly deaths for 188 countries between 1990, and 2013. We used the results to assess whether there is epidemiological convergence across countries. Methods We estimated age-sex-specific all-cause mortality using the GBD 2010 methods with some refinements to improve accuracy applied to an updated database of vital registration, survey, and census data. We generally estimated cause of death as in the GBD 2010. Key improvements included the addition of more recent vital registration data for 72 countries, an updated verbal autopsy literature review, two new and detailed data systems for China, and more detail for Mexico, UK, Turkey, and Russia. We improved statistical models for garbage code redistribution. We used six different modelling strategies across the 240 causes; cause of death ensemble modelling (CODEm) was the dominant strategy for causes with sufficient information. Trends for Alzheimer's disease and other dementias were informed by meta-regression of prevalence studies. For pathogen-specific causes of diarrhoea and lower respiratory infections we used a counterfactual approach. We computed two measures of convergence (inequality) across countries: the average relative difference across all pairs of countries (Gini coefficient) and the average absolute difference across countries. To summarise broad findings, we used multiple decrement life-tables to decompose probabilities of death from birth to exact age 15 years, from exact age 15 years to exact age 50 years, and from exact age 50 years to exact age 75 years, and life expectancy at birth into major causes. For all quantities reported, we computed 95% uncertainty intervals (UIs). We constrained cause-specific fractions within each age-sex-country-year group to sum to all-cause mortality based on draws from the uncertainty distributions. Findings Global life expectancy for both sexes increased from 65·3 years (UI 65·0–65·6) in 1990, to 71·5 years (UI 71·0–71·9) in 2013, while the number of deaths increased from 47·5 million (UI 46·8–48·2) to 54·9 million (UI 53·6–56·3) over the same interval. Global progress masked variation by age and sex: for children, average absolute differences between countries decreased but relative differences increased. For women aged 25–39 years and older than 75 years and for men aged 20–49 years and 65 years and older, both absolute and relative differences increased. Decomposition of global and regional life expectancy showed the prominent role of reductions in age-standardised death rates for cardiovascular diseases and cancers in high-income regions, and reductions in child deaths from diarrhoea, lower respiratory infections, and neonatal causes in low-income regions. HIV/AIDS reduced life expectancy in southern sub-Saharan Africa. For most communicable causes of death both numbers of deaths and age-standardised death rates fell whereas for most non-communicable causes, demographic shifts have increased numbers of deaths but decreased age-standardised death rates. Global deaths from injury increased by 10·7%, from 4·3 million deaths in 1990 to 4·8 million in 2013; but age-standardised rates declined over the same period by 21%. For some causes of more than 100 000 deaths per year in 2013, age-standardised death rates increased between 1990 and 2013, including HIV/AIDS, pancreatic cancer, atrial fibrillation and flutter, drug use disorders, diabetes, chronic kidney disease, and sickle-cell anaemias. Diarrhoeal diseases, lower respiratory infections, neonatal causes, and malaria are still in the top five causes of death in children younger than 5 years. The most important pathogens are rotavirus for diarrhoea and pneumococcus for lower respiratory infections. Country-specific probabilities of death over three phases of life were substantially varied between and within regions. Interpretation For most countries, the general pattern of reductions in age-sex specific mortality has been associated with a progressive shift towards a larger share of the remaining deaths caused by non-communicable disease and injuries. Assessing epidemiological convergence across countries depends on whether an absolute or relative measure of inequality is used. Nevertheless, age-standardised death rates for seven substantial causes are increasing, suggesting the potential for reversals in some countries. Important gaps exist in the empirical data for cause of death estimates for some countries; for example, no national data for India are available for the past decade.

DOI ↗ PDF ↗

Действия врача в отношении бесперспективного больного: проблемы законодательного регулирования

2013 · ARTICLE · ru

Вопросы смерти человека и связанных с ней профессиональных действий медицинских работников всегда вызывают повышенный интерес у населения и занимают важнейшее место среди проблем медицинской этики. С одной стороны, помимо экзистенциального страха перед смертью на отношение граждан к этой теме влияет то, что термином «эвтаназия» обозначалось уничтожение нежелательных граждан в нацистской германии. С другой – независимо от уровня доверия к врачам от них обычно ожидают действий, направленных исключительно на излечение болезни и продление жизни пациента. Явно недостаточный уровень законодательного регулирования этих вопросов в России создает высокие риски для медицинских работников, ведет к увеличению страданий безнадежных больных и бесполезному расходованию имеющихся ресурсов здравоохранения.

PDF ↗

Варианты лекарственного обеспечения для России: уроки стран Европы и всего мира

2013 · BOOK · ru

Отсутствие обеспечения лекарствами населения России при получении амбулаторной медицинской помощи – основной дефект системы здравоохранения страны. Несмотря на осознание этой проблемы, правительство откладывает ее решение на неопределённый срок. Монография посвящена систематическому рассмотрению опыта ведущих стран Европы и всего мира в обеспечении лекарствами населения. Этот опыт показывает, что лекарственное обеспечение возможно даже при более низких расходах на здравоохранение, чем в России. Авторы надеются, что этот опыт будет полезен для формирования будущей национальной программы для Российской Федерации. Общество специалистов доказательной медицины (osdm.org) поддержало эту работу.

PDF ↗

Основные положения стратегии охраны здоровья населения РФ на период 2013-2020 гг. и последующие годы

2013 · BOOK · ru

Актуальность разработки настоящей «Стратегии охраны здоровья населения в РФ» (далее –– Стратегия), подготовленной группой экспертов Комитета гражданских инициатив А.Л.Кудрина, обусловлена необходимостью существенного улучшения состояния здоровья населения нашей страны. Так, несмотря на улучшение ряда медико-демографических показателей, достигнутое за последние 6 лет: ожидаемая средняя продолжительность жизни при рождении (ОПЖ) по неустановленным пока причинам возросла на 5 лет, общий коэффициент смертности (ОКС) снизился на 16%, младенческая смертность снизилась на 35%, сегодня по этим характеристикам РФ продолжает существенно отставать от развитых стран. Так, ОКС в России почти на 30% выше, чем в странах Евросоюза в среднем (соответственно, 13,5 и9,7 на 1 тыс. населения), а ОПЖ на 10 лет ниже (соответственно, 70,3 и 80 лет). Вместе с тем, именно здоровье населения существенным образом определяет жизнеобеспечение, экономический потенциал страны и рост ВВП. Имеются доказательства того, что увеличение ОПЖ населения РФ хотя бы до уровня 74 лет, может обеспечить рост ВВП на 6% ежегодно. А это важно, особенно в связи с предстоящим значительным сокращением естественного прироста населения. Необходимость улучшения здоровья населения РФ очевидна и она определена в указах Президента РФ от 7 мая 2012 г.В этих документах запланировано, что к 2018 г. ожидаемая продолжительность жизни российских граждан должна достичь 74 лет, а численность населения – 145 млн. человек. Реализация этих амбициозных целей в срок за 5 лет невозможна без стратегического подхода и консолидации усилий законодательной и исполнительной власти, а такжеэкспертного сообществаи всего населения. Следует отметить, что Минздравом России была разработана и утвержденаПравительством РФ Государственная программа РФ «Развитие здравоохранения до 2020 г.». Эта программа определила ряд важных направлений в здравоохранении (формирование здорового образа жизни у населения; профилактика и раннее выявление заболеваний; ликвидация дефицита медицинских кадров и повышение их квалификации и др.). Однако она не может рассматриваться как Стратегия, поскольку лишена комплексности и межведомственного подхода, а также имеет риски реализации в связи с недостаточным финансированием. Отсутствие общенациональной Стратегии охраны здоровья населения препятствует достижению целей по улучшению здоровья населения РФ, разработке региональных стратегий, что в целом существенно снижает эффективность государственной политики в этой сфере. Настоящая Стратегия разработана коллективом экспертов, системных аналитиков в области общественного здоровья и здравоохранения. Документ базируется на оценке и анализе отечественного и зарубежного опыта, что подтверждается материалами Стратегии, а также на научных и экспертных данных. Стратегия прошла обсуждение среди многих специалистов, организаторов здравоохранения, практикующих врачей, представителей обществ пациентов. Этот документ может рассматриваться как основадля разработки общенациональной долгосрочной Стратегии охраны здоровья населения до 2020 г. и на последующие годы. В представленном документе обоснована актуальность разработки Стратегии, сформулированы основные проблемы отрасли и внешние вызовы, на которые необходимо ответить, а также изложены основные принципы, приоритетные направления и задачи охраны здоровья граждан в РФ. Интегральные цели «Стратегии охраны здоровья населения РФна период 2013-2020 гг.» –– увеличение ожидаемой продолжительности жизни российских граждан с нынешних 70,3 до 74-75 лет за счет снижения смертности и значительное повышение доли населения, удовлетворенного качеством и доступностью медицинской помощи. Особенность данной Стратегии состоит в том, что она предусматриваетне отдельные мероприятия в части лечения пациентов, а взаимосвязанный комплекс мероприятий, направленных на сохранение и улучшение здоровья населения в целом: условия для ведения здорового образа жизни, благоприятная среда проживания, здоровое и качественное питание, безопасные условия труда на производстве, мотивация населения к сохранению своего здоровья, а также доступность и качество медицинской помощи заболевшим. Главный акцент в части медицинской помощи сделан на обеспеченииширокой доступности бесплатной первичной медико-санитарной помощи и лекарственных средств для населения, а в дальнейшем и всех видов медицинской помощи. В документе научно обоснованы необходимые объемы и источники финансирования государственной системы здравоохранения (не менее 7% ВВП или 4 трлн руб. в ценах 2011 г.) при жестком общественном контроле за распределением финансовых потоков, в том числе предложено перейти на государственно-бюджетную модель финансирования, как более экономичную и прозрачную, с широким использованием договорных отношений. Стратегия учитывает особенности всех групп населения, однако особый акцент пока сделан на охране здоровья детей и граждан трудоспособного возраста, а в дальнейшем –– на дополнительных мерах по обеспечению медико-реабилитационной помощью граждан старшей возрастной группы и инвалидов. Особое внимание уделено ключевым приоритетам –– квалификации медицинских кадров и эффективности управления. В Стратегии представлено экспертное видение перспективной модели здравоохранения, т.е. какой она должна быть в нашей стране с максимальной пользой для граждан в условиях реальной финансовой возможности страны. Основными принципами данной Стратегии являются солидарность, социальная справедливость, равенство, паритет ответственности государства, работодателей и населения, бесплатный доступ всего населения к возможностям охраны здоровья и качественной медицинской помощи, открытость и публичность обсуждения решений, а также честность и компетентность руководителей отрасли. Девиз Стратегии: «Все – во имя человека!» означает, что фокусирование всей системы охраны здоровья должно быть на человеке (на его потребностях быть здоровым и меньше болеть). В документе выделено 7 основных направлений: 1.Разработать и реализовать Национальную (межведомственную, межсекторальную) программу охраны здоровья населения РФ. 2.Увеличить объемы и улучшить механизмы финансирования системы здравоохранения. 3.Увеличить доступность первичной медико-санитарной помощи, лекарственного обеспечения населения в амбулаторных условиях и восстановить в определенной мере систему муниципального здравоохранения. 4.Оптимизировать численность медицинских кадров по специальностям и устранить их дефицит в первичном звене и на селе, повысить квалификацию медицинских кадров. 5.Обеспечить доступность квалифицированной медицинской помощи, реабилитационной и паллиативной помощи, а также услуг по долговременному уходу для пациентов, не способных к самообслуживанию. 6.Повысить эффективность управления здравоохранением, в том числе совершенствовать законодательную базу. 7.Развивать независимые профессиональные общественные имедицинские организации. Реализация такой комплексной Стратегии потребует вовлечения законодательной и исполнительной власти на всех уровнях (муниципальном, региональном и федеральном), работодателей и общественных организаций. При этом Министерство здравоохранения РФ должно осуществлять инициирующую и координирующую роль. Значимость целей и межведомственный подход, определенные в Стратегии, потребуют личного и постоянного контроля со стороны Президента РФ – это главное условие достижения успеха на пути улучшения здоровья населения. Если данная Стратегия будет реализована, то это позволит существенно повысить ОПЖ граждан нашей страны, соответственно увеличить число трудоспособных лиц для выполнения программы созданияновых рабочих мест, что позволит обеспечить ежегодныйрост ВВП. В результате будет существенно улучшена социально-экономическая ситуация в стране, что особенно важно в условиях вероятного развития мирового экономического кризиса и снижения доходов населения. В Стратегии здравоохранение представлено в качестве системы социального выравнивания (перед болезнью и смертью все равны) и потому может содействоватьуменьшению напряженности в обществе и снижению доли неудовлетворенных пациентов и медицинских работников.

PDF ↗

Общая врачебная практика: национальное руководство

2013 · BOOK · ru

Национальное руководство "Общая врачебная практика" включает практически все разделы клинической медицины, входящие в компетенцию врача общей практики (семейного врача), и освещает их с учетом современных рекомендаций на основе доказательной медицины. Основное внимание сосредоточено на оказании первичной медико-санитарной помощи. Руководство издано в двух томах. Первый том содержит данные по истории и философии семейной медицины и организации деятельности общей врачебной практики, включает вопросы организации профилактической работы и скрининга, а также популяционного здоровья и доказательной медицины. Обсуждаются принципы биопсихосоциального подхода, проблемы взаимоотношений врача и пациента, консультирования и информирования пациентов в общей врачебной практике. В нем также обсуждается патология внутренних органов, наиболее часто встречающаяся в деятельности врача первичной медицинской помощи. В подготовке настоящего издания в качестве авторов и рецензентов принимали участие ведущие специалисты общей врачебной практики (семейной медицины), а также специалисты ряда областей клинической медицины. Все рекомендации прошли этап независимого рецензирования. Руководство предназначено для врачей общей практики (семейных врачей), других врачей, оказывающих первичную медико-санитарную помощь (участковых терапевтов), врачей-специалистов амбулаторного звена здравоохранения, а также для интернов, клинических ординаторов и аспирантов.

PDF ↗

Курсы (10)